«Маленькі Звірята Суфіни»,
средневековая тьма
и детские мультики

Киевский коллектив «Маленькі Звірята Суфіни» появился в 98-99 годах. Он не был популярным, но стал, тем не менее, культовым. «Звірята» создали удивительный сплав средневековых мотивов и современного саунда. Складывается впечатление, будто мелодии играет оркестр на акустических инструментах; на самом же деле двое музыкантов, Леонид Белей и Александр Юрченко, записали все треки с помощью одного синтезатора.

Единственный альбом группы вышел в 2002 на знаковом лейбле Quasi Pop. Тираж у диска был всего 200 копий. Слава интернету, этот тихий шедевр не затерялся и 16 лет спустя вполне заслуживает внимательного прослушивания.

В целом же история «Звірят» — это долгие поиски потустороннего звучания, начавшиеся во время группы «YARN», достигшие кульминации в работе с Катей Chilly над альбомом «Сон» и завершившиеся в нойзовом проекте «Suphina Dentata».

Мы встретились с Леонидом Белеем, и он поведал об истории появления «Маленьких Звірят Суфінів», волшебном синтезаторе, совместном выступлении с Коллежским Асессором, а также своем опыте написания саундтреков к украинским мультфильмам.

Расскажите о создании группы «Маленькі Звірята Суфіни».

Проект «Маленькі Звірята Суфіни» мы организовали с Александром Юрченко. Знакомы были с группы «YARN», существовавшей в 92-93-гг. В этом коллективе, кроме меня и Юрченко, участвовали и Иван Москаленко (Dj Derblastler), и Ольга Горынина. «YARN» называли украинским Dead Can Dance. Тогда и появилась эстетика Средневековья с эмбиент-вкраплениями. Произведения были мрачными и красивыми.

В 97 году так сложилась судьба, что я познакомился с Игорем Дубровским, который занимался компьютерным бизнесом и решил создать продюсерский центр «Астероид». Среди различного студийного оборудования и музыкальных инструментов этого продюсерского центра, имелся синтезатор — рабочая станция General Music S3, в котором кроме стандартного набора оркестровых тембров, имелся достаточно широкий спектр эмбиентных и этнических звуков. К тому же, все эти звуки можно было вручную корректировать, меняя настройки, и создавать свои собственные. В 98-ом году, используя возможности инструмента, мы с Александром решили создать «Маленьких Звірят Суфінов». Приходили в студию, садились за станцию и писали потреково композиции. Потом сводили их во встроенном секвенсоре в единую фонограмму и загоняли на DAT кассету.

Из 12 треков альбома «Маленькі Звірята Суфіни» первыми были созданы последние 5 треков (с 8-го по 12-й). Их мы дали послушать Дмитрию Куровскому — прародителю проекта Foa Hoka. Он написал для них тексты и сделал мелодекламацию на аудиоряд. Кстати, названия треков появились благодаря текстам Димы.

Часто ли вы проводили концерты?

Концертов у нас практически не было. С Катей Чили была попытка работать в этно. Однако альбом «Сон» с нашими композициями так и не был издан. Шли переговоры с лейблом Universal, но как-то не удалось. Живьем с Катей мы выступали один раз в Киеве в клубе «Shelter» (теперь это «Докер АВС») и была небольшая промо поездка в Москву с выступлениями в нескольких клубах. Во время выступлений использовали плейбэк, а играли на синтезаторе и гитаре. Помогали нам скрипачка и виолончелистка, которые дополняли партии струнных инструментов. В то время куратором нашего совместного проекта с Катей был Владимир Рудницкий. А происходило это все в 1999-2000 годах.

Также в 1999 году было неожиданное концертное выступление с проектом «Розмова про колір жасміна» в Доме актера вместе с «Коллежским Асессором». В проекте «Розмова про колір жасміна» было уже трое исполнителей: Виктор Пушкар, Александр Юрченко и я.

У вас есть профессиональное образование?

Я закончил детскую музыкальную школу по классу аккордеона, а потом сам осваивал и гитару, и клавишные. Академического образования нет, к сожалению, а может и к счастью. Ведь довольно часто слышал мнение, что академическим музыкантам насаждают клише и им тяжело открываться, вырваться за принятые стандартные рамки. Хотя тут спорно. Образование дает и технику и более глубокое понимание гармонии, композиции.

Вы писали музыку с помощью цифровой аппаратуры, но звучит она очень живо. Как вам удалось достичь аналогового звучания?

Все зависит от подхода композитора/музыканта. Можно рафинированно сделать, а можно максимально приближенно, и все будет выглядеть очень живо, если позволяет качество звука и тембров. Вот GEM имел свои огрехи, местами чувствуется цифра, но мне в нем очень нравились язычковые инструменты. Некоторые медные духовые неплохо звучали. А вот у скрипичных партий выкупается цифра. Там нет живости. Это от самих технических возможностей инструмента зависит. На основе чего эти звуки синтезируют. На то время это была неплохая рабочая станции. И некоторые тембры отлично звучали и их можно было редактировать.

Александр во время проекта «YARN» сам делал инструменты. Например, он взял цимбалы, распилил их и сделал что-то наподобие средневековой цитры. Также он разработал собственноручно инструмент очень близкий по звучанию и по принципу извлечения звука к средневековой виоле. С помощью различных примочек добывал из нее очень интересный саунд.

Как появилось название «Маленькі звірята Суфіни»?

Благодаря Дмитрию Куровскому. Когда мы делали первые треки, мы еще не определились с названием. Материал хороший и легкомысленно к нему относится не хотелось. Мы не спешили что-то придумывать и вот Дима, послушав 5 треков, предложил название. «Маленькі Звірята Суфіни» — это мифические существа, которых Дима и придумал. Нас часто спрашивают, а нет ли здесь параллелей с суфизмом? Нет. Хотя каждый может домысливать все, что захочет.

Кстати, в тот же период Шура Юрченко подарил мне книжечку — сборник проповедей и размышлений европейского проповедника и философа эпохи средневекового реформаторства (имя его сейчас не вспомню). Она небольшая и в ней содержалась трактовка библейских истин с жизненными примерами. Очень меня впечатлило. У меня свое особое отношение к вере, которое сформировалось в начале 90-ых. Увлекался эзотерикой. А потом чуть-чуть поостыл, понимая, к каким последствиям это может привести. Я пытался заглядывать в будущее, увлекшись астрологией, составлял звездные карты, но понял, что лучше этого не делать.

Почему вы прекратили существование проекта?

Честно говоря, мне кажется, что мы исчерпали себя. С другой стороны, у меня тогда с «Мандрами» была загрузка по концертам. Плюс «Мандри» уже в 2000-ых перестали сотрудничать с продюсерским центром «Астероид». Конечно, можно было бы создавать музыку другими методами — на акустических инструментах. Но получился бы совсем другой проект. После «Звірят» была Suphina Dentata, в которой принимал участие Виктор Пушкар — композитор, экспериментирующий в области нойзовой музыки. В этом проекте я уже играл на гитаре, извлекая различные атмосферные звуки. Альбом получился достаточно нойзовый, чересчур. Там есть отдаленные намеки на «Звірят Суфінів». Шура Юрченко — талантливый креативщик. Он был главным идеологом оформительского процесса и концептуальной наполненности. Все эти шрифты и рисунки готических зверей — это все он создал. Брал за основу элементы из прочитанных вещей, использовал образы и стилистику.

Но знаете, я вам скажу такую вещь: проект «Суфіни» все-таки... мрачноватый. Во многом коллектив прекратил существование из-за меня. Мне тяжело стало жить в негативной среде. Музыка-то красивая, но она не оптимистичная с точки зрения взгляда на жизнь. У меня были такие жесткие жизненные ситуации, что я понял, что мне надо перестать этим заниматься.

Вы создавали саундтреки к анимационным фильмам. В каких проектах успели поучаствовать?

Первый опыт был даже не в анимации, а в фильме. Предложение поступило от Фомы. Это было в 2003-2004 году. Министерство культуры организовало проект «Любовь — это...». В чем была его суть: молодые режиссеры снимали короткометражные фильмы с историей о любви. Фильм режиссера Дмитрия Попова назывался «Христина та Денис танцюють танок бондарів». Дмитрий Попов обратился к Фоме с предложением написать несколько песен к фильму. А Фома уже предложил мне поработать с ним над песнями и написать полностью саундтрек ко всему фильму. Так мы записали вместе с ним несколько песен к фильму, и так состоялся мой первый композиторский опыт в написании музыки к фильмам.

В 2006 году я стал работать с аниматором-кукольником Олегом Педаном. Сделал саундтрек к мультфильму «Найменший». В 2008 году был мультфильм «Маленький, великий пес» режиссера Люси Ткачиковой. В том же году я работал с Педаном над фильмом «201» о корове, которая живет на техногенной ферме.

После этого я работал над мультиком «Лежень» Ткачиковой, созданному по мотивам произведения Юрия Винничука. Я для него переделал тему украинского барокко. В этом фильме преобладала народная музыка, и особенно хотелось режиссеру, чтобы максимально была использована тема танца «Аркан». А финальная песня, которую исполнила Наталья Сумская, получилась вообще супер. Это был 2013 год.

Еще были «Атракціон» того же Педана, сериал «Пригоди Котигорошка та його друзів» режиссера Я.Руденко. С 2016 по 2018 я сделал музыку для 4-х серий «Мишко та місячна дзвінка». Там много песен: Богдан Бенюк поет, детки поют.