Я впервые застал видеосалоны, когда они только появились, летом 86-го. Возможно, в Москве и Питере они были на год раньше - важен был доступ к экзотической на тот момент технике, к видеоплееру. Их привозили моряки, дипломаты, перекупали у иностранцев фарцовщики и т.д. То есть, это все мир запретной роскоши и буржуазного декаданса. Электронный бытовой прибор был окутан флером опасных удовольствий.

Я тогда отдыхал в Друскининкае, там был салон звукозаписи: вам на кассету за небольшие деньги могли записать какую-то недоступную музыку, скажем, Pink Floyd или Джорджа Бенсона. Я тогда так расширил этим сознание, что с тех пор так и не пришел в себя.

Видеосалон, в который я попал, представлял комнату размером с обычную гостиную, стулья из соседнего санатория стояли рядами, как и в обычном кинотеатре, у стены стоял телевизор и показывал фильмы с любительским дубляжем. С тем самым легендарным гнусавым одноголосым дубляжем, который мы так любим

За несколько визитов я так окунулся в мир лучшего на то время фантастического экшена и хоррора (Aliens, Mad Max, Nightmare on Elm Street), что на 15-летнего меня это произвело буквально потрясающее впечатление.

Когда я посмотрел фильм «Чужие» в 90-ом году, то понял, что буду посещать видеосалоны с завидной регулярностью. Сеанс тогда стоил 1 рубль. Мой отчим-кибернетик, проектировщик ЭВМ, получал зарплату в размере 120 рублей. Можно было сходить на сэкономленные деньги раз или два, но дальше приходилось как-то крутиться. Ко мне в голову пришла интересная мысль.

Я тогда учился в художественной школе и у меня были способности к графике и шрифтам. Глядя на то, как матерятся и мучаются хозяева видеосалонов, делая афиши под трафареты, я с портфеля достал заготовку «Робота-полицейского» и «Терминатора». Они такие: «Ого, и что, малой, можешь каждый день такое рисовать? А что ты за это хочешь?». Ну, я сказал, что желаю посещать сеансы. Я утром забегал, узнавал репертуар, рисовал афиши, расклеивал их по району, отсиживал первый урок, а потом отправлялся в видеосалон. Три-четыре сеанса я высиживал.

Видеосалоны располагались в актовых залах или подвалах ЖЭКа. Люди ставили в ряд 3 или 4 советских телевизора. И с одного видеомагнитофона раздавали фильм. Учитывая то, что копия фильма и так была «битая», то нынешние экранки покажутся мультиплексом.

В целом показывали тогда второсортные комедии, например, «Полицейскую академию» или боевики. На «ура» шли фильмы ужасов — всегда набивались полные залы.

При этом не все фильмы ужасов можно было публично показывать. Существовал специальный документ, который рекомендовал ту или иную ленту к просмотру. То есть не допускал или разрешал, а рекомендовал. Очень хитрожопо поступали. Когда эта бумажка попала ко мне в руки впервые, то очень рассмешила меня. Там рекомендовали к просмотру «Тома и Джерри», а я дитем был насмотренным. А потом ко мне дошла информация, что конкуренты показали запрещенный фильм «Ад каннибалов». Раньше его смотрели закрытыми компаниями, просто боялись показывать; не только из-за закона, сам фильм — полная жесть. Я понял, что что-то меняется. Правила можно было нарушать.

В 1989 году я, наверное, посетил видеокафе. Оно находилось в буфете кинотеатра на улице Ленина. Там подавали сок и мороженое. Оказалось, что можно было попросить и то, и другое. Рядом в подвале на Чичерина находилось ещё одно видеокафе с похожим меню. Вход стоил 3 рубля. Крутили там мультфильмы от студии «Дисней», а также фильмы с Брюсом Ли и Шварценеггером.

В видеосалоне на Чичерина, когда становилось душно, открывали форточку, и туда моментально впихивалось несколько голов тех, у кого не было денег.

Я посетила видеосалон в Харькове в 1990-м году. Располагался он в помещении кинотеатра «Зирка», в одном из его подсобных помещений. Первый фильм, который мы посмотрели, прогуливая уроки в моем художественном училище, назывался «Кладбище домашних животных», и это было самое страшное кино в моей жизни.

Также я там смотрела «Калигулу», например. Увлекательное кино для 16-летних. Никто тогда ничего не контролировал. У меня был одногруппник, который там работал. Часто там крутили порно, и он рассказывал истории, как зрители мастурбировали прямо во время просмотра.

Я купил свой первый видеомагнитофон в 1998 году, когда начал сам зарабатывать деньги. Меня интересовали картины Киры Муратовой, Годара, Майка Ли. Ничего подобного в прокате не было. Иногда я случайно находил фильмы Майка Ли на пиратских кассетах в гастрономе.

Но целенаправленно за нужными фильмами приходилось ехать к коллекционерам. У нас были геи-коллекционеры в Днепропетровске. Они присылали мне список, я набирал 10-20 заказов от знакомых и ехал в Днепропетровск к памятнику Ленина. Я никогда не видел коллекционеров вживую, просто передавал им через их знакомого кассеты для записи.